Разобщающая телесная близость

27 марта 2019 18:39

      Все же не зря говорят, что театр – это особая оптика взгляда на глубинные течения жизни. Порой несложный для понимания, ясно выстроенный, обращенный к простому сюжету спектакль, будто «волшебный кристалл», фокусирует внимание на одной из самых всеобщих сейчас для нынешних людей (и не только молодых) мотиваций поведения. Мотивации манящей – и подспудно все же мучительной. Ибо она ставит откровенный эгоцентризм во главу угла устремлений, желаний и поступкаов.

     Вот такой  спектакль – «БЛИЗОСТЬ» – поставил в московском театре «Театральный особнякЪ» его худрук Леонид Краснов по нашумевшей в свое время пьесе Патрика Марбера. Пьесу и вслед за ней спектакль о том, что телесная близость чаще всего – самообман, и она разделяет, а не сближает: что за поиск любви выдается эгоистичное желание получить житейские радости за счет другого, не дав взамен ни душевной теплоты, ни сочувствия.

     Сюжет о телесных соблазнах в этом спектакле  стал не просто историей о самообманах в чувствах, но о более масштабной и вполне животрепещущей сейчас проблеме в общении людей: о житейском и душевном личном крахе, о почти катастрофическом разрушении любых людских взаимоотношений – если человек не может (да и не хочет!) справиться  со своим эгоизмом, не способен услышать, ощутить душу другого, хочет» выгод» лишь себе.

     Все начинается с нелепого случая, едва не приведшего к трагедии – молоденькую невнимательную стриптизерку Алису сбивает авто. И сплелись, завязываясь во все более мучительные узлы, жизни четырех молодых людей – Алисы,  принявшего участие в её судьбе журналиста и начинающего писателя Дэна, стильного фотографа-дебютанта Анны и, самого старшего и житейски опытного среди них, - врача-дерматолога Ларри.

      События для нас начинаются с момента знакомства Алисы и Дэна в госпитале.Дэн, простоватый, добродушный и вроде бы отзывчивый (Александр Гурьянов) принял участие в судьбе Алисы. Доставил ее в госпиталь. Требует от появившегося Ларри (хотя травмы – не его профиль) осмотреть Алису и помочь ей. Между ними сразу «проскочила искра». Юная Алиса (Татьяна Ястребова), уже много чего насмотревшаяся и напробовавшаяся, во многом разуверившаяся, но еще ищущая человека по сердцу,– умна и хитра. Она прикидывается недалекой простушкой, хихикает, строит глазки и гримаски. Донимает просьбами и «пробивает на жалость» Ларри. Но внимательно приглядывается к Дэну. Поведение Алисы гротескно, она вроде как балуется, насмешничает, Но в то же время умудряется так повести разговор, что Дэн раскрывается – и оба они обнаруживают внутреннюю близость. Он назвал ее принцессой. А она его – рыцарем. И когда он говорят это друг другу, Алиса очень нежна и серьезна. Она – нашла. Она – выбрала. На вопрос Дэна она отвечает: хочу, чтобы меня любили. Они начинают жить вместе.

     А дальше… Дэн написал книгу, используя рассказы Алисы. Издателю нужен портрет автора. Дэн приходит в студию к Анне – и сразу же увлекается ею. Анна готова ответить – но не хочет «красть» Дэна у его подруги. Тем не менее Дэн, оставаясь привязанным к Алисе, изменяет ей с Анной и уходит к ней. Но у Анны возникает роман и с Ларри (он пришел на ее выставку, «положил глаз» на Анну, но там же познакомился с Алисой, и между ними возник взаимный интерес, но, вроде бы, мимолетный, без последствий). В итоге Ларри переманивает Анну к себе, они женятся. Но Анна изменяет Ларри с Дэном; правда, и Ларри изменяет Анне – разово, в командировке.с проституткой. Словом, вот такие игры амбиций. Эгоизма. Неумения… нежелания!..  справиться с облазнами. Подмены настоящих привязанностей – данью физиологии. Алиса все еще «хочет» Дэна. Но когда Дэн ее бросает, она возвращается в стриптиз-клуб. Тут ее узнает, во время стриптиз-танца в приватной комнате, случайно зашедший сюда Ларри. И ему вздумалось переманить «пропавшую» девушку Дэна в свою постель. И Алиса не отказывает.    

      Провокативная откровенность такого сюжета и обобщенного в нем житейского материала  - вызов не только для театра и актеров, но и для зрителя. С самого начала театру необходимо устанавливать со зрителем предельный уровень открытости и доверительности – и а зрителю надо суметь ответить на этот «вызов театра». Тут многое зависит от того, как начинать спектакль, как с первых мгновений его эмоциональное пространство ввести, «заманить» зрителя.

      А зритель на спектакле «Близость» в «Театральном особняке» сразу увлекается действом. Вот как достигает этого постановщик Леонид Краснов.

     На заднем плане – несколько стояков-вешалок. На них плотно, без просвета, развешаны облачения персонажей. Из «декораций»  – еще четыре стула. Актеры, разыгрывая тот или иной эпизод, расставляют стулья на переднем плане в необходимом порядке. Заканчивая эпизод, артисты как бы выходят из образа и объявляют номер следующей сцены, место, где она разыгрывается; время, которое прошло от предыдущего эпизода, и называют тех персонажей, которые сейчас здесь встретятся. Затем те, кто отыграл свою сцену, уходят за вешалки и там переодеваются к следующему эпизоду. А переодевшись, сидят или стоят между вешалками, внимательно наблюдая за тем, что разыгрывается на переднем плане.

      Причем, наблюдают, внутренне, эмоционально, явно участвуя в происходящем. Ири этом как бы в двух «совмещенных»  обликах  – как актеры, включенные в работу своих партнеров, и как персонажи, наблюдающие за столкновениями других персонажей.

     Мы, зрители, - на спектакле. Но мы и словно наблюдаем за тем, как театр создает спектакль: ведь перед нами и само действо, и его закулисьи, в котором актеры меняют декорации, переводят дух и «заряжаются» для новых выходов.

     Метафора простая и ясная, обозначенная когда-то еще Шекспиром: весь мир театр, и люди в нем – актеры. Нынешний мир – предельно ситуационен. В каждой житейской ситуации проявляется не столько стержень характера, сколько отдельные свойства натуры конкретного человека. В течение суток каждому из нас приходится словно менять обличья, маски, роли. Когда по своей воле, а когда – вынужденно.

     Зрители увлеченно следят за таким действом и в своих переживаниях почти сразу включается в мир чувств персонажей. Ведь  постановщик дополнительно усложнил форму: большинство эпизодов разыгрывается во фронтальных мизансценах; герои общаются не лицом к лицу, а «через зал», посылая реплики и монологи не друг к другу, а к публике. То есть, и сами актеры, и их персонажи  напрямую общаются со зрителями.

      Актерам в такой манере существовать сложно. «Представленческий» театр и театр тонких психологических переживаний, «остраненность» и «перевоплощение» слиты воедино. И, надо сказать, все четверо актеров отлично существуют в этой сложной форме.

      Дэн Гурьянова – приторможенный увалень, вроде не злой. Но прислушивается только к себе. Ему тягостна самоотдача Алисы в чувстве. Он все время строит барьеры между нею и собою. Эгоизм в нем все сильнее берет верх. «Мне надо побыть одному… Мне надо подумать». Он жалуется на своё душевное неустройство. Он податлив и уступчив и перед напором Ларри. Но темперамент Дэна воткрытую проявляется, когда он добивается ответности от Анны, а потом выясняет подробности измены Анны - с Ларри и взаимоотношения Алисы с Ларри.

      Анна Екатерины Виноградовой – тонкая, сдержанная и манкая, игриво-лукавая,. Она в каком-то смысле – страдательная фигура. Зависимая от прихотей других персонажей – но и от собственной нестойкости перед соблазнами. Хотя она всего лишь хочет построить хорошую, спокойную, устроенную семейную жизнь с тем человеком, с которым ей спокойно и душевно удобно. Но против соблазнов плоти, против собственного самообмана не может устоять – как и против житейских ситуаций, вынуждающих поступать не так, как хочется, а так, как требует необходимость.

    Алиса Татьяны Ястребовой лишь по видимости душевно открытая, беззащитная, да и то только вначале. Она борется за Дэна умно, хитро и порой весьма жестоко. В сценах с Дэном, Анной, с Ларри она то вульгарная то светская; расчетливо строит интригу. Используя и телесную близость, и устраивая что-то вроде ловушек и подстав. И не отказываясь от соблазнов – чтобы скрасить переживания. Будучи стриптизеркой и пройдя через череду случайных связей, она сильно разочаровалась во многом, хотя и не утратила жизнерадостности. Ястребова точными штрихами показывает, что встретив Дэна, Алиса захотела переменить жизнь. Сменила профессию. Но эгоизм других и прежде всего собственный эгоцентризм и привычки помешали этому. И когда ничего не получилось –  она опять ушла в стриптизерки.

      В этой истории свой «злой гений»– Ларри. Дмитрий Таранов очень жестко  строит образ откровенного эгоиста и увлеченного манипулятора чужими судьбами, эгоцентрика-искусителя. Он шантажирует и умеет изощренно интриговать. Ему нравится подминать под себя других, заставлять их уступать его желаниям, добиваться, чтоб другой, особенно женщина, – стал от него зависим. Но, добившись, унизит, растопчет и отвернется. Ларри Таранова все время лукаво играет в откровенность, в честность. Но это всего лишь средства манипуляции другими. Признавшись Анне, что изменил ей в поездке с проституткой, уничижительно просит прощения. Но узнав, что Анна изменяет ему с Дэном, превращается в зверя, готового избить, растерзать.

     Леонид Краснов взял за основу перевод Гаянэ Багдасарян 2005 г., названный «Ближе» (по смыслу пьесы более точное название, хотя возможно и другое: «Сближение»). «Смешал» его с другим переводом, сократил ряд моментов, обострив фабулу:  главный мотив поведения персонажей – эгоизм, а причина интереса к другому – откровенное физическое влечение. При этом, оправдываясь в своих прихотях, все доказывают друг другу, что секс, измены и перемены ничего не значат и должны быть прощены… или забыты. Но каждый не способен простить другому то, чем соблазняется сам.

     Понятно, что сюжет «Близости» - во многом проверка самих себя не только на профессионализм. Работа с таким сценическим материалом – это не только прояснение своих творческих возможностей, но и попытка понять себя. Разобраться с собой – с глубинами собственной души и скрытыми особенностями собственного характера и своей человеческой, личностной природы.

      Это  совсем не означает, что следует непременно и только «играть самого себя», выискивая именно в своей жизни ситуации, почти буквально совпадающие с теми, на которых построен сюжет. И все же уровень подключения своей личной судьбы, своего прожитого и «перемученного», накопленного в душе и в сердце и преодоленного – или не преодоленного! – базируется на очень глубинном самораскрытии всех участников спектакля – и режиссера, и, особенно, актеров.

     Конечно, в такого рода сюжетах всегда есть опасность, что режиссер и актеры увлекутся игрой-баловством в запретно-скандальное. Уйдут в хулиганское и откровенное смакование «запретного», того, что «на грани фола» - почти с восторгом изображая и разыгрывая переход всех «запретных границ», где отказ от нравственного – не проступок, а бравирование и извращенная «доблесть»… и чего реальной жизни большинство старается все же избежать.

     Но в спектакле Леонида Краснова в «Театральном особняке» ничего этого нет. От спектакля к спектаклю актеры сдержанно, честно и вдумчиво все больше углубляются в серьезнейшие, драматичнейшие проблемы человеческих взаимоотношений. Сюжет о том, как в беспорядочных переменах близости, сведенной только к «телесным контактам», утрачивают душевную глубину и ощущение радости жизни, театр и актеры выводят на разговор о том, что эгоизм, эгоцентризм губительны во всем – не только в любви и в семейной жизни.

     Каждый из четверки персонажей жаждет счастья и душевного покоя или хотя бы беспроигрышного удовольствия только для себя, ничего не обещая, ничем не поступаясь ради другого и не принимая на себя никаких обязательств.

     Игривая и задорная поначалу Анна – Виноградова, неспособная остановить выбор на ком-то из двух мужчин, постепенно становится расчетливо-замкнутой мизантропкой. В итоге всех разочарований в поисках «лучшего для себя человека», она стала не доверять никому, взгляд у нее замкнутый и тоскливый, и лучший друг для неё теперь  – собака.

     Провокационный манипулятор чужими судьбами Ларри – Таранов целиком уходит в работу, но она для него возможность заводить постельные игры со все новыми юными коллегами. Интонации, жест, мимика актера жестко точны: его Ларри – откровенно, предельно циничен. Может, как врач, он и хорош… но как личность он – существо, высокомерно и потребительски относящееся к другим.

     Прибавляющий от спектакля к спектаклю Гурьянов обогащает образ Дэна все новыми красками. Поначалу Дэн был у него поначалу недалеким увальнем, путающимся в собственных чувствах. Теперь Дэн – так же откровенно, как и другие, декларирует собственный эгоизм. «Доброта отношений» мешает быть эгоистом в свое удовольствие! В предфинальной сцене, снова соединившись с Алисой, он самовлюбленно готов  «все простить», но командирски требует лишь одного – чтоб Алиса сказала обо всем правду, то есть как бы покаялась… а затем целиком подчинилась желаниям Дэна…

     В первых показах в спектакле звучали нотки романтизма. Что-то такое о «поиске любви». Теперь спектакль стал жестким. Никакого флера прекраснодушия.

     Это особенно видно в том, как Алису играет сейчас Ястребова. Прежде она играла Алису способной «спасать» и возвышать  самоотдачей в чувстве. В первой сцене знакомства с Дэном Ястребова и сейчас показывает, что увлеченность Алисы сильнее и почти сразу перерастает в любовную привязанность. Но теперь Алиса предстает такой же безудержной эгоисткой, как и прочие. Ведь при знакомстве с Дэном на его вопрос: «Чего ты хочешь?», она отвечает – хочу, чтоб меня любили. А сама? В последней сцене встречи – и тут же расставания – с Дэном, сама Алиса Ястребовой ожесточенно спрашивает уже о другом: зачем тебе правда? Ей важно лишь, чтобы ничего у нее не спрашивали. Не обращали внимания на её выходки и другие увлечения. Не мучались от ее поступков. Вот такой человек её устроит. Да, каждый хочет, чтобы его принимали таким, каков он есть. И «всё прощали». Чтоб никаких границ и ограничений. Ах, Дэн не таков? И тогда враз исчезает привязанность. Любовь – помеха. Правда, честность и взаимная ответственность и бережность в отношениях – помеха.

     «В чем эта любовь, где она?!» - не Дэна спрашивает Алиса – Ястребова. Но потерянно

кричит в пустоту. Разочаровавшись во всем окончательно: ведь безудержный эгоцентризм невозможно соединить с трепетностью чувства, - эта Алиса уходит. Вообще исчезает. (По пьесе – погибает, ненужная никому, под колесами грузовика.)

     Публика – особенно молодая, «продвинуто-энергичная» прекрасно понимает, о чем этот спектакль. Не о беспорядочных сексуальных связях. Это лишь броский материал. Спектакль же, по большому счету, о том вечном поиске ответа на вопрос: проявляя себя, решая свои проблемы, выстраивая судьбу и добиваясь успеха, - насколько верным и постоянным быть в отношениях? Любовных. Дружеских. Семейных. Деловых. В любых.

И вообще – надо ли быть постоянным? Ведь переменять отношения – так удобно и увлекательно. А порой просто выгодно. А постоянство и верность так обременительны. Но какова тогда цена успеха и удачи? Хочется ведь взаимного доверия. И уважения. И самоуважение не помешает.

     И в глубине души свербит…

Валерий Бегунов, театральный критик, обозреватель журнала «Современная драматургия»

Несколько слов о театре и его худруке

     Есть в Москве замечательное место: творческий центр НП «Театральный особнякЪ». В двух небольших полуподвальных залах и в зрительском фойе (называемом здесь «Карусель») идут спектакли, репетиции, читки новых пьес, занятия со студентами театрального вуза, встречи с интересными, популярными и известными людьми из мира театра, литературы, музыки и кино. Творческие  люди самых разных специальностей приходят сюда не только на спектакли и клубные программы, но и просто пообщаться, обменяться мнениями, обсудить планы и новые проекты.

      Но особая атмосфера и настоящее столпотворение – когда здесь проходит (вот уже восемь лет подряд!) Театральный фестиваль независимых театров и сценических групп «Московская обочина». Фестиваль включает лекции театральных критиков и мастер-классы режиссеров, читки новых пьес – российских авторов и зарубежных. Иные из них (словенские и финские) затем были приняты в репертуар «Театрального особняка». В программе одного из фестивалей было выступление известного драматурга Нины Садур, а в рамках другого – выступления специалистов из Италии и Словении, о тамошнем опыте развития центров драматургии.

      Стержень и движитель театра и фестиваля – организатор и худрук «Театрального особняка», режиссер, актер, педагог, заслуженный работник культуры РФ Леонид Юрьевич КРАСНОВ. За его плечами – учеба на актерском факультете Театрального училище им. М. Щепкина и на режиссерском факультете  в Театральном институте им. Б. Щукина. Леонид Краснов, как актер, продолжает выходить на сцену и сниматься в кино. А как режиссер он поставил более 30 спектаклей – и для детей, и для взрослых, по классике и по современным пьесам, нашим и зарубежным.

    Созданный больше двадцати лет назад, независимый от всяких ведомств, «Театральный особнякЪ» не замкнут только на себя. Активно выезжает на гастроли, побывав во многих городах России и с успехом, удостаиваясь призов и дипломов, участвует в фестивалях (в том числе – в фестивале «Пять вечеров на Кипре»). А его руководитель Леонид Краснов предоставил свой богатый опыт организации фестивалей инициаторам из Донецкого музыкально-драматического театра (самопровозглашенной ДНР), когда в Донецке готовился первый там фестиваль драмтеатров «Мизансцена- 2017».

       Всего в «Театральном особняке» было выпущено около 50 спектаклей, а в текущем репертуаре их сейчас 17 - для взрослых и для детей, по классике и по современным пьесам, нашим и зарубежным.

     Здесь регулярно показываются постановки и профессиональных театров и дипломные спектакли студентов театральных вузов. Здесь репетирует и показывает свои спектакли «Международная Чеховская лаборатория», созданная  маститым критиком В. Гульченко.

     «Театральный особнякЪ» наладил активное сотрудничество с Гильдией драматургов России, прорабатывается несколько перспективных проектов, члены президиума и секретариата Гильдии входят в состав жюри «Московской обочины», а несколько переводов члена Гильдии, В. Вебера, стали основами для спектаклей, вошедших в афишу «Театрального особняка».

      С 2003 года «Театральный особнякЪ» сотрудничает с Ярославским государственным театральным институтом (ЯГТИ): на его актерском факультете. Леонид Краснов - художественный руководитель мастерской. Студенты обучаются на базе «Театрального особняка», участвуя в его в спектаклях, концертах и других программах. Многие их них еще во время обучения вливаются в труппу театра.

     Активно развиваются здесь и клубные формы профессионального общения – между собой и со зрителями.

     После каждого спектакля «Московской обочины» и после каждой читки пьес – активное обсуждение увиденного специалистами, критиками и зрителями - с участниками постановки или читки.

     При заинтересованном участии Леонида Краснова Гильдия драматургов России с начала марта стала проводить в «Театральном особняке» творческие вечера «Драмачай»: молодые и маститые драматурги читают свои пьесы.

     А в «Театральном особняке», в сотрудничестве с другими творческими центрами уже замыслены и готовятся новые клубные программы.