Вся жизнь за двенадцать дней

07 февраля 2020 21:03

Спектакль группы Михаила Федоренко по книге Э. Э. Шмитта «Оскар и Розовая дама» на площадке «Свободный 24»

      Сцена – тканевая «выгородка» в небольшом уютном зале. «Черный кабинет» - кулисы и задник; зрительный зал – несколько рядов стульев, уступами. Смотреть очень удобно.

     Площадка Театральный центр «Свободный 24» - проект московской библиотеки № 96. Сейчас всё больше библиотек – и не только в столицах – превращаются в своеобразные клубные многопрофильные центры. И сценическая составляющая – непременна. Чтецкие литературные вечера. Выступления поэтов. Развлекательные шоу. Инструментальные и  вокальные концерты. И спектакли. На этих небольших площадках в центре города или в дальних районах нередко можно увидеть яркие, захватывающие, необычные спектакли. Каких подчас не увидишь в муниципальных репертуарных театрах – небольших или академических и звездных. Многие из этих театральных центров в библиотеках уже запомнились ценителям театра и обрели постоянную публику. Вот такой притягательной сценической площадкой для зрителей стал Театральный центр «Свободный 24» в трех минутах ходьбы от станции метро «Новогиреево».

     Недавно здесь театральная группа режиссера и актера Михаила Федоренко представила в его режиссуре спектакль «ДВЕНАДЦАТЬ ДНЕЙ УХОДЯЩЕГО ГОДА» - в его же инсценировке по мотивам знаменитой на весь мир повести «ОСКАР и РОЗОВАЯ ДАМА». Хотя сам автор, французский драматург и прозаик Эрик Эммануэль Шмитт называл ее романом. Да, масштаб темы, поднятой автором – «романный»…

     В игровом пространстве – семь стильных стульев составлены в изящную композицию. Сбоку – микрофон на стойке. Рядом, на подставке – книжка.

     Один за другим на стульях рассаживаются актеры и актрисы. В обычной, повседневной одежде: кеды, майки, джинсы. Оглядывают пространство и друг друга. Как бы знакомясь. И – не меняясь - словно преображаются, входя в образы персонажей. По ходу событий, то поочередно, по одному или по двое выходят к микрофону, поют, раскрывают книжку. И словно бы каждый из них становится десятилетним мальчиком, пишущим письма в «высшую инстанцию», которая может всё: «Дорогой Бог!..»

      Мальчик лежит в хосписе для детей, у которых онкология. Или иные такие же недуги. Мальчик знает, что жить ему осталось 12 дней. От Рождества (католического) до конца года. Но эти письма и сам сюжет, в них рассказанный, оказываются не пессимистичными, не декларацией безнадежности. При всем трагизме, эта история очень светлая. О надежде.

      Книжка «Оскар и Розовая дама» была опубликована в 2002 году. Повесть сразу обрела огромную популярность и была издана во многих странах.

      Она вышла, что называется, ко времени. Как раз в те годы «взрослые» - педагоги, воспитатели, да и врачи – задались сложнейшей проблемой: как говорить с детьми о сложнейшей теме: о религии, вере, неверии. И смерти. О смертности человека. Психологи знают: года в три у детей возникает не просто искренняя вера в чудо, но именно в то, что где-то «там», за небесами, есть некто всемогущий. Годам к пяти это ощущение уходит…

      Вот на стыке всего этого Э. Э. Шмитт написал свою повесть. Она написана очень просто и ясно. Очень внятно. И даже расчетливо. И по всем законам мелодрамы. Но в неё сразу, что называется, «вцепились» театры.  Не раз ставили по ней спектакли и в нашей стране – и на академических сценах, и в независимых театральных группах. Михаил Федоренко представил свою версию. Конечно, далеко не весь текст, вошел в спектакль. И далеко не все персонажи представлены на сцене. И нет многих эпизодов. Но сохранены и выявлены все главные темы повести.

      Оскар невероятно обижен тем, что его родители «струсили», узнав, что сыну осталось жить 12 дней. И «главный» доктор - тоже струсил. Не знает, как говорить с родителями Оскара о том, чтобы они не прятались от сына, а виделись с ним каждый день. Родители, по мнению Оскара, вообще странные: в бога верят, а в Деда Мороза – нет! А Оскар – наоборот. Главный «мотор» в сюжете и альтер эго автора, носитель высшей идеи сюжета,

- Розовая дама… служительница хосписа?..  режиссер не стал в спектакле акцентировать конкретику её работы в хосписе. Наверное, очень пожилая – ведь именно старые да малые находят общий язык. Вопреки «капризам» и непониманию родителей, «среднего звена». Вот такая «бабушка» эта Розовая дама. И, может, воплотившаяся в земную женщину Дева Мария? Розовая дама предлагает Оскару все же представить, что бог есть. И начать писать ему письма. По одному письму в каждый из оставшихся мальчику дней жизни. От Рождества – до Нового года. Нового рубежа времени. И всего. При этом предлагает каждый день считать за десять лет жизни. Общаясь с мальчиком, она рассказывает и «поучительные» случаи из своей жизни. Или сочиняет? И как бы мельком напоминает Оскару – у высшей силы просить что-то важное нужно не для себя одного, но прежде всего – для других.

      В спектакле Федоренко Розовая дама – это почти что по-детски, по-девчачьи, игручее существо. Сама сущность детской фантазии и игры. Вообще игры, включая сценическое творчество. И Федоренко-Оскар откликается на эту игру. И играет – всерьез проживает, повторения у него не будет! – каждый день, как каждое десятилетие возможной жизни.

       Сам Михаил играет Оскара. Он не ставит целью изобразить натурально десятилетнего ребенка. Нет такой задачи и перед другими артистами, играющими детей в хосписе(в том составе, что видел я: Пегги Блю (подружка Оскара) - Анна Симакина, ревнивица Сандрина - Диана Югай, « соперник» Бекон - Павел Кембух), Это не театр травести, где взрослые актеры и актрисы пытаются быть детьми. В спектакле Михаила Федоренко он сам и его актеры балансируют на тонкой грани между психологическим театром и театром представления. Мягко, нюансно, тонкими мазками, сдержанно актеры передают манеру поведения, интонацию речи, душевный строй детей. Выявляя характеры и суть отношений. Но не пытаются «выскочить из себя», из облика взрослых. Этот подход – слияние двух способов игры – позволяет всем участникам спектаклях, оказываясь у микрофона, беря в руки книгу и поочередно включаясь в чтение «писем Оскара дорогому Богу», становиться на это время самим Оскаром. Хотя за каждым закреплены их основные роли (Розовая дама - Виктория Казанцева, Доктор Дюссельдорф и отец Оскара - Артём Красильников, Мадам Н-Да и мама Оскара - Татьяна Мошкова).

      Не хочу здесь выделять особо кого-то из артистов. Хотя, скажем, на самого Федоренко в роли Оскара, на Анну Симакину в роли Пегги и на Викторию Казанцеву - Розовую даму ложится особая нагрузка. Главное, что хочу отметить – чувство ансамбля, чувство «партнерского локтя» у всех артистов. У каждого есть какие-то особо удачные эпизоды. Но есть и моменты, когда действо словно сглаживается, пригасает в силе эмоционального воздействия. Но спектакль только-только начал свою жизнь. Каждый состав «накатывает» своё существование в этом очень непростом сюжете. Но все актеры чувствуют «ответное дыхание» зрителей и чутко слышат партнеров.

        За полтора часа тонко, с мягким юмором перед нами проходит жизнь человека. От детства до юношества, взросления, женитьбы, «рождения детей», старения, прощания с близкими, встречи, расставания. И при этом – реально Оскару с помощью Розовой дамы удается пережить ссоры с другими ребятами, примирение с ними. Суметь простить родителей и обрести вновь понимание и дружбу с ними. Что-то важное «подсказать» матерому, взрослому человеку – доктору. Режиссеру Михаилу Федоренко и его актерам удалось пройти по этой тончайшей острой грани – детские игры во взрослую жизнь, как бы не всерьёз. Но это игра, вписанная в жизнь детей, лечащихся от смертельных болезней. И потому – все очень серьёзно.

      Оскар как бы играет во все эти перипетии взрослой жизни. Как играют в нее обычно и естественно все дети. Но перед нами – история взросления, возмужания личности. Становления сильного и великодушного мужчины. Все лучшее и важное в письмах-молитвах «дорогому Богу» Оскар просит не для себя.

      Отдельно надо непременно упомянуть прекрасно выполненный и продуманный подбор музыки к спектаклю. И она усиливает светлую ноту надежды, звучащую в финале постановки.

Валерий Бегунов, театральный критик