Андрей Борисенко: «Самое главное ещё предстоит!»

18 апреля 2019 23:34

Накануне своё 55-летие отметил Герой Российской Федерации, лётчик-космонавт РФ Андрей Борисенко. На его счету — два космических полёта, почти год работы на Международной космической станции (МКС). Детская мечта воплотилась в жизнь. Впервые мысли об исследовании космоса появились у Андрея Борисенко в четыре года, а дальше желание постичь Вселенную только росло и крепло, в том числе благодаря литературе, которая попадалась ему в руки. О книжных пристрастиях, судьбоносных встречах, будущем космонавтики и многом другом поговорила с именинником редактор пресс-службы ЦПК Светлана Носенкова:

— Андрей Иванович, в школьные годы вы зачитывались хорошей научной фантастикой. С возрастом литературные предпочтения несильно изменились. Удалось ли вам дважды взять с собой на орбиту «Лунную радугу» советского писателя-фантаста Сергея Павлова, как вы задумывали?

— Да, этот роман в двух частях дважды побывал со мной в космосе, что редко бывает. Если мне доведётся в третий раз полететь на МКС, надеюсь, «Лунная радуга» снова полетит со мной (улыбается).

— Что интересного вы прочитали за последнее время? Какое произведение можете посоветовать?

— Рекомендовать взрослым сложно, потому что все уже сформировавшиеся личности и у каждого свои предпочтения. Я, например, с большим удовольствием перечитал не так давно книгу Сомерсета Моэма «Бремя страстей человеческих».

— Когда вы занимались в Юношеском клубе космонавтики имени Г. С. Титова Ленинградского Дворца пионеров, написали реферат «Космос 2000-го года». Что-нибудь сбылось из ваших юношеских предсказаний?

— Это была моя выпускная работа, я её написал в 1980 году. К сожалению, практически ничего из описанного в ней, пока не сбылось. Единственное совпадение, это, пожалуй, «Спейс Шаттл». Остальные темы пока остались проектами. Но, думаю, рано или поздно они воплотятся в реальность. В выпускной работе я затронул тему баллистических транспортных аппаратов пассажирских перевозок на большие и сверхбольшие дальности на Земле, т. е. межконтинентальных перелётов. Также там говорилось о тяжёлых орбитальных станциях, в десятки раз превышающих существующую МКС, об освоении и исследовании Луны, Марса. Думаю, реальные проекты, которые однажды воплотятся в жизнь, будут ещё более грандиозными, чем можно придумать. Но, к сожалению, это будет нескоро.

— В 1987 году вы окончили Ленинградский военно-механический институт по специальности «Динамика полёта и управления» с присвоением квалификации «инженер-механик». Выпускником этого же факультета был дважды Герой Советского Союза, лётчик-космонавт СССР Георгий Гречко. В одном из интервью вы сказали, что встречи с Георгием Михайловичем, проходившие в Юношеском клубе космонавтики и в институте сыграли не последнюю роль в вашем выборе профессии.

— Я действительно восхищался Георгием Михайловичем. Это был первый космонавт, с которым я познакомился лично. Но мне повезло, ведь наш институт окончил не только Г. М. Гречко. В то время у меня была возможность пообщаться с настоящими космонавтами или теми, кто уже практически одной ногой стоял в отряде. Тогда я познакомился с Сергеем Константиновичем Крикалёвым, с которым мы окончили один факультет (только в тот год, когда я поступал, он как раз выпустился), и с Екатериной Александровной Ивановой, которая тоже проходила подготовку в отряде космонавтов, но, к сожалению, в космос так и не полетела по независящим от неё причинам. Конечно, живое общение с такими людьми очень сильно повлияло на мои дальнейшие решения и на понимание, что нужно сделать для того, чтобы добиться этой цели.

— А кто ещё из космонавтов или деятелей ракетно-космической отрасли вдохновлял вас своим примером? Может, не при личной встрече, но, например, читая о них или их книги?

— В то время многие космонавты писали мемуары, которые было интересно читать. Однажды мне в руки попалась книга дважды Героя Советского Союза, лётчика-космонавта СССР Владимира Шаталова «Трудные дороги космоса». Он тогда уже был начальником ЦПК. И я, простой девятиклассник, прочитав его произведение, написал письмо Владимиру Александровичу с просьбой дать рекомендации, как мне попасть в отряд космонавтов. Когда через некоторое время получил от него собственноручно написанный ответ, где он рекомендовал мне пойти по пути военного лётчика-испытателя и потом подать заявление в отряд космонавтов, я был очень удивлён. Правда, я избрал другой путь. Но письмо это сохранил. И когда работал в РКК «Энергия» в Главной оперативной группе управления орбитальной станцией «Мир», в один из первых же приездов в ЦПК пришёл к нему в кабинет, показал письмо, чем очень его порадовал, насколько я понял, и подписал у него ту самую книгу «Трудные дорогие космоса».

— Дорога в космос, действительно, трудная и у каждого своя. Но такие судьбоносные встречи и события хорошо мотивируют на достижение поставленной цели.

— Это точно. И у меня много таких историй. Одна, например, касается, Валентина Петровича Глушко, который на тот момент был Главным конструктором космических систем. А я, будучи студентом 4-го курса, набрался наглости и написал ему письмо с просьбой рекомендовать мне путь в космонавты. И, к моему величайшему изумлению, получил собственноручно им написанный ответ, который пришёл мне по почте. Храню это письмо, как реликвию, оно лежит в нашем домашнем архиве.

— Общеизвестно, что подготовка в ЦПК к первому полёту занимает у космонавта в среднем 8-10 лет. Не говоря о том, какой путь человеку приходится пройти до зачисления в отряд космонавтов. Как вы считаете, какими чертами характера должен обладать человек, решивший прийти в вашу профессию?

— В первую очередь, это упорство на грани упрямства (смеётся). Потому что просто везения в нашем деле недостаточно. Нужно сильно верить в свою мечту, очень хотеть её воплотить и быть готовым добиваться её, несмотря ни на что. Поэтому тем, кто приходит в отряд, хочу пожелать, чтобы они никогда, ни при каких обстоятельствах не опускали руки, кто бы, когда бы и сколько бы ни говорил, что это у них не получится. И, конечно, в нашей профессии не обойтись без чувства юмора. Нужно уметь критически смотреть на себя самого и вещи, которые тебя окружают.

— Космонавт — личность публичная. Вам часто приходится давать интервью, участвовать в конференциях, теле- и радиопередачах, быть в жюри различных конкурсов. С какой аудиторией вам интереснее общаться?

— Пожалуй, наиболее зажигательная и благодарная аудитория — это студенты старших курсов, так как они уже знают, чего хотят добиться и в какой профессии. Хотя по опыту выступлений последних лет могу сказать, что много интереснейших вопросов начинают задавать школьники из старших и даже средних классов. Видно, что ребята искренне интересуются как нашей профессией, так космонавтикой и астрономией вообще. Я понимаю, что многие из них в итоге выберут другие профессии. Но вот этот искренний интерес, который у них есть, уверен, останется на всю жизнь.

— А вы бы хотели, чтобы сын продолжил вашу профессию?

— И да, и нет. С одной стороны, только находясь в этой профессии, можно своими глазами увидеть природную сокровищницу, которую мы наблюдаем из иллюминаторов МКС. Я говорю о нашей планете, прекрасной и хрупкой Земле. Наступит и то время, когда из таких же иллюминаторов, но других станций, люди, которые придут в профессию после нас, смогут своими глазами взглянуть на поверхность Луны, Марса, других планет. И, наверное, с этой точки зрения я бы хотел, чтобы мой сын тоже это увидел. Но с другой стороны, я понимаю все сложности фразы «быть космонавтом», знаю не понаслышке внутреннюю каждодневную работу, невидную для посторонних глаз, которую мы должны выполнять хотя бы для того, чтобы остаться в профессии.

— Вы совершили два космических полёта. Первый — с 5 апреля по 16 сентября 2011 года в качестве бортинженера космического корабля (КК) «Союз ТМА-21», бортинженера МКС-27 и командира МКС-28. Второй — с 19 октября 2016 года по 10 апреля 2017 года в качестве бортинженера КК «Союз МС-02» и бортинженера МКС-49/50. Какой из них вам больше запомнился?

— Два полёта — не так уж много, чтобы выбирать (улыбается). Обе длительные командировки на МКС помню хорошо. Быть может, первый полёт запомнился ярче именно потому, что всё было впервые: ощущение невесомости, вид Земли из космоса, работа на борту МКС в команде и самостоятельно. Во втором полёте многие вещи были уже знакомы, привычны. И если на какую-то рутинную работу в первый раз тратилось довольно много времени, во втором полёте эти действия выполнялись гораздо быстрее. Это тоже запомнилось, что второй раз летать в космос легче (смеётся).

— Что бы хотелось сделать в следующем полёте из того, что ещё не реализовано?

— Конечно, хотелось бы выйти в открытый космос. К сожалению, так получилось, что программой полёта ни в первый, ни во второй раз не была предусмотрена внекорабельная деятельность. Хотелось бы, чтобы в третьем полёте такая задача мне была поставлена, чтобы преодолеть и эту профессиональную ступень.

— Андрей Иванович, в юбилей обычно подводят некие промежуточные итоги. Оглядываясь назад, как вы оцениваете прожитые годы? Считаете себя счастливым человеком?

— Честно говоря, не чувствую, что подошёл к какому-то этапу, когда нужно подводить итоги. Может, я ещё не дозрел до этого состояния (смеётся). Жизнь идёт и хочется верить, что самое главное ещё предстоит. Могу лишь сказать, оглядываясь назад, что выбрал для себя правильный путь, несмотря на все сложности, которые при этом были. И если бы в 1992 году, когда я первый раз написал заявление в отряд, знал, что мне предстоит, всё равно бы прошёл этот путь заново. Космос того стоит!

Фото ЦПК им. Ю.А. Гагарина