Олег Скрипочка о гитаре, эмблеме, единороге и космосе

22 сентября 2019 14:11

До пуска ракеты-носителя «Союз-ФГ» с пилотируемым кораблем «Союз МС-15» осталось всего четыре дня. Уже сейчас можно сказать, что этот полёт войдёт в историю пилотируемой космонавтики!

Во-первых, в 19-й экспедиции посещения Международной космической станции впервые примет участие гражданин Объединённых Арабских Эмиратов. Во-вторых, это будет крайний, семидесятый, пуск ракеты «Союз-ФГ».

О подготовке к полёту, планируемой научной работе, взаимоотношениях в экипаже, создании эмблемы и многом другом побеседовала с командиром корабля «Союз МС-15» Олегом Скрипочкой редактор пресс-службы ЦПК Светлана Носенкова.

— Олег Иванович, Вы впервые полетите в качестве командира корабля. До этого Вы дважды были бортинженером. Как Вы относитесь к новому назначению? Пришлось ли дополнительно изучать какие-то дисциплины, которые не осваивают бортинженеры?

— Конечно, это огромная ответственность и в то же время — высокий уровень доверия ко мне. У меня уже был опыт подготовки в качестве командира корабля в 2015 году, правда, в дублирующем экипаже. Но в полёт командиром я действительно отправлюсь впервые.

Что касается подготовки, то она идентична у командира и бортинженера, поскольку они взаимозаменяемы по своей квалификации. Бортинженер должен быть готов в любую минуту подменить командира, если что-то произойдёт. Но командир несёт ответственность за весь экипаж.

— Также Вы будете командиром 62-й длительной экспедиции на МКС. Какие задачи в этой должности для вас первостепенны? Какую подготовку проходит командир станции?

— Особенно ярко обязанности командира станции или ответственного за сегмент должны проявиться в случае аварийных ситуаций, которых, надеюсь, у нас не будет. В плане подготовки помимо знания российского сегмента МКС нужно было пройти дополнительные занятия у наших партнёров на американском сегменте, в состав которого также входят европейский и японский научно-исследовательские модули. Я изучал, например, операции с роботом-манипулятором, элементы сближения и причаливания грузовых кораблей Dragon и Cygnus, чтобы иметь представление о работе коллег на американском сегменте, понимать, что в какой момент происходит.

Командир должен следить и за психологическим климатом на станции. Поскольку работы, как правило, много, то космонавты и астронавты могут работать на своих сегментах неделю и не пересекаться, если не будет необходимости в обмене какими-то материалами или аппаратурой. Поэтому по выходным традиционно стараемся встречаться, организовывать совместные ужины с просмотром фильмов или прослушиванием музыки.

— Некоторые экипажи даже организовывали на МКС дружеские концерты. А у вас экипаж музыкальный?

— Честно говоря, не задавался этим вопросом (смеётся). Надо будет узнать. Сам я музыкальными инструментами не владею, но гитара на борту есть, если что.

— На предполётной пресс-конференции в ЦПК Вы уже отмечали, что, несмотря на отсутствие опыта космических полётов, у ваших коллег по экипажу хорошая подготовка. А какие ещё качества Джессики Меир и Хаззаа Аль Мансури Вы бы отметили? Что в их характерах считаете важным для успешного выполнения программы полёта?

— Я вижу, что Хаззаа и Джессика очень мотивированы на полёт и выполняют даже больше, чем в принципе необходимо по уровню квалификации. Они любознательны, работящи, дисциплинированы. Это очень помогает. Но самое главное — у них есть желание работать в команде, готовность решать задачи сообща. И в принципе у нас сложились хорошие дружеские взаимоотношения, мы быстро нашли общий язык. Думаю, в полёте у нас всё будет нормально.

— Каждый командир старается включить в эмблему корабля какие-то знаковые для него символы. Помимо фамилий членов экипажа на национальном языке, флагов стран-участниц полёта, знака Роскосмоса и надписи «Союз МС-15» что Вы включили в эмблему и почему?

— Когда разрабатывалась эмблема, мне хотелось сохранить определённую преемственность с первым полётом. Всё-таки когда первый раз летишь, остаются наиболее яркие впечатления. Поэтому у нас та же форма эмблемы — шестигранник. Ещё в моих первых двух полётах на эмблемах присутствовало изображение журавля. Здесь у нас тоже есть птица — полярная крачка. Она, как известный рекордсмен по дальности миграции, стала символом нашей длительной экспедиции. Помимо изображения корабля и станции, нашего общего космического дома, у нас на эмблеме центральное место занимает Луна — как наша следующая цель. Тем более, в этом году исполнилось полвека с момента высадки американцев на Луну, и в честь юбилея этого значимого для всего человечества события цветовая окантовка нашей эмблемы совпадает с той, что была на эмблеме «Аполлона-11».

— Только по российской научной программе в период Вашего полёта запланировано свыше пятидесяти экспериментов. Какое направление Вам наиболее интересно?

— Пожалуй, зрелищнее всего наблюдение за нашей планетой. Тем более что у нас меняются задачи, совершенствуется оборудование. Мы будем изучать как техногенное воздействие на атмосферу, так и природные явления. Для МЧС отслеживаем ситуации, которые могут перерасти в стихийные бедствия — пожары, наводнения — и максимально оперативно сообщаем о них на Землю. Во втором своём космическом полёте я открыл для себя такое очень интересное явление, как серебристые облака. Мой опытный американский коллега Джеффри Уильямс показал, где их найти, а дальше я уже разбирался — в каком ракурсе, при каком освещении их лучше снимать. Получались совершенно разные кадры. В этом полёте хочу продолжить данные наблюдения. Надеюсь, это будет интересно и полезно не только для меня.

Также с нетерпением жду продолжения эксперимента, начатого Олегом Кононенко, — выращивание клеток с помощью 3D-биопринтера. Это уникальная работа, которую кроме россиян ещё никто не проводил в космосе. Интересно будет также провести исследование влияния факторов космического пространства при экранировании магнитного поля Земли на свойства культур микроорганизмов различных систематических групп (эксперимент «Биомаг-М»).

— Хаззаа Аль Мансури летит на МКС всего на восемь дней. Будете помогать ему справиться со всеми поставленными перед ним задачами?

— Конечно, поможем. Помимо экспериментов по программе его страны, он будет также участвовать в российских и американских научных программах. Например, Хаззаа выполнит эксперимент «Профилактика», где будут задействованы беговая дорожка и наша аппаратура. По-моему, это уникальный случай для кратковременных экспедиций посещения. Также ему нужно сфотографировать его Родину — города ОАЭ, объекты Персидского залива, Средиземного моря. Список задач очень длинный для 8-суточного полёта. Надо многое успеть, поэтому у Хаззаа всё расписано чуть ли не по минутам.

— Мы часто пишем о предполётных традициях экипажей. А есть ли традиции, связанные с МКС? Например, когда Вы переходите из корабля на станцию?

— Вы угадали. Когда мы переходим на МКС, экипаж оставляет наклейку своей эмблемы рядом со стыковочным узлом, к которому пристыковался корабль. На станции целая галерея эмблем (улыбается). А ещё у нас есть официальная традиция — после прилёта на МКС мы проводим видеосеанс связи с руководством и родными.

— К слову о родных. На Байконур приехали Вас провожать в полёт и наблюдать за стартом ваша жена и дети. Привыкли родные к вашим космическим длительным командировкам?

— Сейчас уже да. Когда отправлялся в первый полёт, дочке Даше было всего пять лет, а сыну Денису — 2,5 годика. И после моего возвращения они смотрели на меня с некоторым удивлением — кто это такой пришёл. Ведь для маленьких детей полгода — это целая жизнь (улыбается). Ко второму моему полёту дети уже подросли и всё понимали. А сейчас — тем более. Конечно, труднее всего жене Елене приходится, ведь начался учебный год: много занятий, уроков, домашних заданий, организационных вещей. И всё это ложится на её плечи. Кстати, позывной я тоже попросил жену мне подобрать. Было несколько вариантов, но остановились на «Сармате». Дело в том, что я родился на Северном Кавказе, большую часть школьных лет провёл на Украине, а сармат — это название одного из народов, который жил в тех краях. Вот такая ассоциация получилась с моей малой родиной и с нашей историей.

— А индикатор невесомости вам дети выбрали?

— У дочки с детства одним из излюбленных персонажей был единорог. Она его часто рисовала. Поэтому выбрали мне мягкую игрушку единорога — красивую и компактную, чтобы ничему не мешала в корабле. Сын её тоже одобрил.

— Пусть этот волшебный персонаж принесёт вам удачу в полёте!

— Спасибо!